Бонжур, Жорж

Бонжур, Жорж

Признаться, я никогда не хотела попасть в Париж.

Я бы в нём разорилась в первый же день. Довелось в 2015-м, была командировка, было пасмурно.

После работы и плотного ужина (а там принято ужинать с сухим винцом) я решила прогуляться ночью по городу. Мадемуазель после сухого винца была очень хороша, и ей на самом деле было море по колено. Со мной никто из коллег не пошёл гулять по романтичному ночному Парижу, зато предупредили: "Только не заходи, пожалуйста, в Китайский квартал!". Хорошо, я постараюсь...

В одиночку я пошла искать Эйфелеву башню. Просто захотелось сфотографировать её, горящую яркими огоньками в ночи.
И вот иду я такая вся, с фотоаппаратом, и здоровается со мной парень, симпатичный, молодой.
- Бонжур, - говорит он.
- Бонжур, - отвечаю я.
Затем он что-то журчит на своём французском, а я ему пытаюсь объяснить на английском.
- Сорри, ай донт спик френч.
- Инглиш?
- Литл инглиш.

И дальше наш разговор пошёл на литл инглише. Мы едва понимали друг друга.
- Ты фотограф? - спросил парижанин.
- Да.
- Фотографируешь для веб-сайта?
- Ну... да.
- Как тебя зовут?
- Дженни, - представилась я (я всегда за границей так представляюсь, ибо это легче произносится вроде как).
- А я Жорж.
- Я очень рада!
- Я тоже!

Тут Жорж внезапно отошел к стене и взял велосипед.

- Это мой велосипед, - сказал он и потащил своего железного коня с собой. - Так ты из Украины?
- Нет, из России.
Тут Жорж сказал по-русски "Хорошо" и весьма меня улыбнул.
- Знаешь русский?
- Нет, только "хорошо".
- Ага.
- Куда ты идешь, Дженни?
- Я ищу... я ищу... эм... - это я пыталась вспомнить английские слова, поскольку туман в моей голове не рассеивался. И тут мой собеседник то ли заметил нездоровый блеск в моих глазах, то ли его засмущало то, что я слишком много улыбаюсь... И Жорж спросил:
- Ты пьяна?
- Нет, - коротко пробубнила я.
- Так что ты ищешь?

И я ему по-русски: "эйфелеву башню я ищу, понимаешь?". Я не могла вспомнить, как это по-английски, начала размахивать руками, изображая эту башню и показывая, какая она высокая и красивая.

- Я тебя не понимаю, - сказал Жорж.
- Дай мне ручку... и... (*как её там?) и...
- Бумагу?
- Да, да! Бумагу!
- Тебе нужна ручка и бумага? Зачем?
И я ему снова по-русски: "Я ща нарисую тебе Эйфелеву башню!". Он:
- Что?
- Дай пожалуйста ручку и бумагу.

Он покопался в рюкзаке и достал блокнот и ручку. Я, вместо того, чтобы продемонстрировать свои художественные возможности, начала листать его блокнотик и по-идиотски улыбаться.

- Пиши, - сказал Жорж.

И я начала пытаться рисовать башню.
Нет, многие мои друзья знают, что я нормально рисую. И я бы сама не сказала, что рисую очень хреново, но в ту ночь что-то со мной было не так.

И когда я нарисовала Эйфелеву башню, Жорж ошарашил меня вопросом:
- Итс х*й? - спросил он.
- Уот?! Уот ю сэй? Х*й?!!

Оказывается, он знает не только слово "хорошо" на русском. Я взглянула на своё художество и рассмеялась. Моя башня действительно походила не на башню, а на мужской орган. Жорж смотрел на меня как на полоумную, а я пыталась объяснить ему, что это не то, что он подумал и начала подрисовывать к башне фонарики и всякие штуки, но от этого она еще больше походила на пипиську! Что же это за день такой? Я начала рисовать башню заново, но выходило то же самое - мужской писюн! Ааааа, страхота, я же всегда нормально рисовала! Почему у меня не получается башня?!! Тогда пьяный разум подсказал мне, что надо попытаться написать слово "Effel", и как только я начала это делать, Жорж всё понял.

- Эйфелева башня! - сказал он на английском.
- Да, да,да!!! - запрыгала я от счастья! - Эйфелевый город! Ой. Эйфелево полотенце!!!
- Башня. (*Таур)
- Да! Таур! Я ищу таур!
- Дженни, сейчас туда не попасть. Башня закрыта.
- Но я не хочу на нее лезть. Я хочу просто ее сфотографировать.
- Я понял, но это невозможно. К тому же ты идешь не в ту сторону.
- Окей. Можно я сфотографирую тебя?
- Ой, нет, - Жорж начал мне объяснять почему, но я ничего из его слов не поняла.
- Окей, спасибо тебе, - сказала я.
- Пока, - ответил Жорж.
- Пока...

Так мы и разошлись. Он пошёл в свою сторону, а я обратно, к своему отелю. Прошла несколько метров, и Жорж снова меня окликнул:
- Дженни!
Я обернулась и дождалась, когда он меня догонит.
- Так почему ты гуляешь одна?
- Не знаю.
- Где ты остановилась?
- В отеле.
- Жаль, у меня нет денег, а то я бы пошел с тобой к тебе в номер.

Вот тут я не поняла, что он имел в виду. Но, похоже, после рисунков Эйфелевой башни он принял меня не за ту. Я зависла и впала в глубокое молчание.

- Ты меня понимаешь? - спросил он.
- Да.
- Точно?
- Да.
- Ты хочешь гулять одна?
- Ну, если ты хочешь, ... если ты хочешь... Я очень плохо...
- Ты очень плохая?
- Да.
(На самом деле я ему хотела еще раз напомнить, что плохо говорю на английском).
- Дженни и Жорж, - мечтательно произнес парень.
- Мое полное имя Евгения, - пояснила я.
- Жени?
- Да, Женя.
- Ах! Женя и Жорж!
- Жорж, я бы очень хотела погулять одна.

(На самом деле я хотела сказать, что очень бы хотела с ним погулять, но получилось вот так коряво. Взяла, парня обидела).

- Хорошо, - сказал он и развернул свой велосипед.
- Бай, - сказала я ему и помахала рукой, и на этой ноте мы расстались. Теперь уже насовсем.

Вот так у меня не сложилось общение с молодым, кучерявым и симпатичным кареглазым французиком. Вздохнув, я дошла до метро и увидела спасительную карту. По ней я сообразила, куда надо идти, чтобы найти башню.

И я пошла в сторону башни, пытаясь всё время куда-то повернуть. И когда я повернула в Китайский квартал, а часы показывали два ночи, я одумалась и слегка сдрейфила. Ну её, башню эту, от греха подальше. Достаточно приключений. Меня уже тут за русскую шлюху приняли, пора завязывать.

И это была единственная ночь во Франции, когда я спала дольше четырех часов.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

НОВОУРАЛЬСК.ОНЛАЙН

Мнение редакции может не совпадать с мнением отдельных авторов. При использовании материалов сайта активная ссылка на оригинал обязательна.

Для лиц старше 12 лет.

Поиск